Использование добавок на базе серы - самый древний и все еще самый гарантированный на сегодня способ сделать вино стабильным, обезопасить его от порчи при неправильной транспортировке или хранении. Еще в Древнем Риме серой окуривали емкости для хранения вина - примитивная, но стерилизация. А современное виноделие охотно использует серные соединения (сульфиты) уже на всех стадиях производства.

Сначала - во время сбора урожая, чтобы виноград не начал бродить, пока его не доставили в винодельню. Затем - при прессовании: чтобы ягоды не начали бродить, пока туда не добавили окультуренные дрожжи. Потом - при брожении, чтобы остановить его в нужный момент. Наконец - при розливе вина по бутылкам: чтобы оно не вздумало учудить вторичное брожение. В итоге, понятно, набегает.

Моду на суперконцентрированные мощные вина с очень сильным дубовым привкусом (так что вкус бочки перекрывает порой вкус винограда) и большей, чем обычно, концентрацией виноматериалов создал еще в конце прошлого века Роберт Паркер, самый влиятельный винный критик США. Американцы обожают всякие рейтинги, считая их прямым руководством к действию. И когда Паркер поставил концентрированные вина в верхушку своей стобалльной системы, они тут же ринулись только такие вина и пить. А ведущие винодельческие регионы (в том числе и французские) принялись рьяно такие вина изготавливать.

Предсказание относительно того, что появится винный фьюжн, когда виноделы начнут создавать новые вкусы, сочетая доселе несочетаемые сорта винограда, сделал Роберт Джозеф, создатель журнала Wine International и конкурса International Wine Challenge, один из авторитетнейших мировых экспертов. Но я с ним не согласна. Да, на уровне отдельных экспериментов все может быть: любители экстравагантных комбинаций всегда найдутся. Однако абсолютное большинство профессиональных виноделов отлично сознают финансовую составляющую традиций. Хороший пример - Шабли. Сегодня вина

Винодельческих регионов в мире становится все больше. И потеряться в том океане вин, которым они заливают планету, очень легко. Да, современные средства связи позволяют в любой момент получить нужную информацию. Но далеко не каждый будет гулять в магазине вдоль полок с винами с айпэдом, сверяя каждую этикетку с информацией в Интернете. В связи с этим роль узнаваемости терминов, представляющих то или иное вино, усилится. Вам говорит что-нибудь слово «Фуршом»? Скорей всего, нет. А «шабли»? Скорей всего, да. Шабли - общее название вин из Шабли, сделанных из винограда шардоне. А «Фуршом» - это шабли премьер-крю, то есть более высококачественное, более терруарное, более приспособленное к хранению.

Идеальная по всем показателям натуральная корковая пробка давным-давно виноделов не устраивает. Причин достаточно. Пробка может быть плохо продезинфицирована и подвергнуться плесени (ведь пробковые деревья болеют, как любые другие). Пробка может быть слишком хорошо продезинфицирована, но плохо промыта - и тогда она передаст вину вкус хлорного соединения ТСА, которым ее обеззараживали. Еще пробка запросто может высохнуть - в бутылку проникнет воздух и вино станет уксусом.

Казалось бы, что более проверено временем (и выдержало с честью все его испытания), чем бочка - для выдержки, и бутылка - для хранения вина. Однако и в этой области грядут нововведения. Потому что бочка хороша, когда есть цель сделать уже упомянутые суперконцентрированные, так любимые Паркером вина. Но если подойти к этому вопросу без почтения к традициям, то возникает логичный вопрос: почему я не могу наслаждаться чистым вкусом винограда? Зачем мне в вине еще и тот лишний вкус, который придает ему бочка? Поэтому вина сегодня пытаются делать в самых разных емкостях - в каменных чанах, глиняных кувшинах.

Это уже происходит - в последние годы в Старой Европе вдруг рванули вперед две области, которые ранее в виноделии отнюдь не блистали. И среди знатоков стали часто звучать два слова: «Приорат» и «амароне». Приорат - это виноградники в испанской Каталонии, причем в той ее части, которая на протяжении веков (в том числе и века прошлого, двадцатого) вообще не воспринималась виноделами всерьез. Провинция Таррагона: каменистые горы, серпантины, деревухи в сотню жителей - сколько вина сделали, столько и выпили. Когда сюда прибыл «старый рьоховец» Рене Барбье, на всю округу был один трактор и один